Николо-Иоасафовский собор города Белгорода

По благословению Высокопреосвященнейшего Иоанна, митрополита Белгородского и Старооскольского

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная :: Книги :: К004 :: Глава 5

Глава 5

E-mail Печать PDF

<<< Назад | Содержание | Вперёд >>>


(Церковнославянский язык)
(Русский язык)

Сим чином сошедшимся, побожности дело

Молитвупрежде брани сию вострубило:


"Господи мой, Господи, Ти начал еси показати

Твоему рабу крепость Твою, и силу Твою,

и руку Твою крепкую и мишцу высокую.

Кто бо есть Бог на небеси, или на земли,

или кто сотворит, якоже сотворил Ти

и крепость Твоя".


Глас сей зело укрепи на врага вси вои,

И начаша палити полчища обоя.

Врази, в той час, узявши дерзость (обдержими

Страхом) к пальбе, но Крестним пределом держими,

Не бегоша к противним, обаче палили,

От страни мужей гордих, но ничто язвили,


 


Сколько тии гордились, всех презирали,

Толь сии смирялися, и себе вменяли

Ни во чтоже. Гордии кичились, а сии

Себе зле осуждали, тии убо вии

Возносили на вязах, сии в землю зрели

И, тайно молящееся, внутрь слези точили.

Не моглъ з сим ничтоже враг гордий успети.

Мусил, тил показавши, з поля уступити.

Многии ж к смиренним зменили последи.

Казано полкам Любве огнь дати, и вседний

На коня, свят Феодор Стратилат з полками

Начал наступать храбро, и палить огнями,

Тогда хитр враг дал хребет, поколь знемагати

Стали в труде, в той час вещал себе ополчати,

И небезбедно било, язвил бо хулою

В первом баталионе многих, но малою

Працею был прогнан; хулил бо елико,

Сии в любве жарчайшой молились толико.

Не успел враг ничтоже и зде, от на вторий

Баталион Завистью пустил повстрех скорий.

Тая, скоро припавши, начала здирати

И все елико зазре, начат пожирати.

Но вои Любве весьма храбро побеждали,

Когда бо сукню драли и хитон давали.

Отбегше враг от Любве, скочив ко Молитве

И удари в десний рог, убо в той године

Начаша сии бити, меж очи деньгами

И тако ослепиша, яко и ногами


Не тяжко бяше врага, як червь попирати,

И уже поганския мало бяше знати

Сили. Тем Добродетель желаше скончити

Труди свои и конец войне положити,

Ибо вельми вражия не значна бисть сила,

Но понеже Павлова труба к ней трубила:

"Еще не у до крове, против Греху стасте,

Подвизающеся, не всех врагов попрасте".

Убо Добродетели к трудам труд прияша,

Паки з остатком врага, борьбище сташа.

Чистии и постници, и кротции з столпами

З нечистим обжирним и Гневом, як з врагами

Своими, тогда ж то враг,  наипаче нечистий

Устремися яростно, на весь их полк чистий.

Тогда то привождаше на мисль и на очи

Всякий доброзрачний вид, мужеск и жоночий.

Сколь же сим враг ударял пострелом жестоко,

Столь сии от зрения брегли мисль и око.

Те бистро напирают, сии очи мулят,

Но беда чуть-чуть уже, сердцу не дошкулят,

И уже близ налазят, сии отбивают,

Вси ко Богу: "Помилуй", - верно воззивают.

Сим врагу пересекли спех и победили.

В конец натиски его от себе отбили.

И так, мужественних никако поправий,

Хотяше устрашити, и всяк  вид сквернавий

Гади, раби испусти, но под кринов сене

Подлезши, все погибе, белии бо крини

Такову имут силу, обжирний убо

Напрасно на постников, огнь даша сугубо 


Больший, не можаше, брухат сий ничого,

А постник легкий воин, побеждав премного.

И старшина обжирних, страшилище чудно,

Ударен в брух сухарем, живот сконча студно.

Наконец, еще и Гнев, люто свирипеет:

Кленет, биет и зубами скрежещет, шалеет,

Як пес бешений, однак, торжества нимало

Первее бо у него, способу не стало.

Свирепит, ниже в кротких терпения сили

Аще бо то кое зло чинил, вси терпели,

Аще той и проклинал, то сии молчали,

Аще той в щоку вдарил, сии обращали

Другую, аще инно, терпеливодушни,

Стоят в биде, як столпи, ветром непорушни.

Что ж тогда Гнева вои, числом умаленни,

Творят? - Внемлете: вземше велик огнь з геенни,

Хотяху всех пожерти, обаче нитако

Возможе одолети, помстився еднако,

Едину бо из триех, имам Иоанну,

Кротких войск воеводе, по пояс вкопанну,

Не могл, в нюже заслан бисть. Та искать повсюду

Послали по пустинях, не мощноль откуду

Проведать.  В таком иску, в глубокой пустине

Неякось жени найшли след, Египтяныни,

Ей же имя Мария, тим следом идяху,

Дондеже дойшли ея и егда близ бяху,

Обрящши ея, узрели. Вслед вид человечий,

И абие вземши бег скорий, як лиот птичий,

Бежаше далей от них, а сии гонили.

Гонящи же, Божиим именем молили


Да станет, слишащи же Божие Мария

Имя, уведа, яко не суть зраки злия,

И ста, тогда начаша прилежно питати,

Кто она такова есть, и не может ли знати,

Где плен горький, в коей стране страждут муки,

Лютому гражданину попавшися в руки?

Мария же отвеща: "Что все тое знаю,

Тоей страни ищете, где я била, чаю,

Ибо и я страдала там многими лети.

Избавленна же Богом от горькой той клети,

День и нощь скитаюся. Прохожу пустиню,

На всяком месте имам, бездомна, гостиню.

Боюся бо, чтоб паки туда ж не упасти

В руки и чтоб сугубой не терпети страсти.

Хощете ж ли слушати? Скажу: "Страна тая

Далеко есть, да, к тому ж, к ней дорога злая

Небезпечна лежит бо чрез смертни предели.

В той путники неедни глави положили".

Тогда фескали, вести о стране той взявши

И о пути до нея добре роспитавши,

Возвращаются к своим, и все предлагают,

Что слишали, и трудность пути объявляют

Убо Добродетели приемлют совети,

Как би лучше поступить, и что з тим чинити.

Посилают раз, но вспять ни посла, ни вести.

Другий раз посилают, но все без користи.

И так много кто послан, то все без возврата.

Туда путь латвий, оттоле замкнении врата.

На последок еще раз щастя спробовали:

Неякогось, Лазаря именем послали.


И той так же, як протчи, тем путем отъиде,

Возвратно же оттуду, ни он, ни весть прииде.

Тогда сугубе слезе, небо пробивает

Сии зде, той в неволе в помощь призивают

Премудрости Божия и Божия сили.

Тем яко моляхуся, тако получили.

Прислав Бог Слово Свое от уз их воззвати.

Той з Лазаря власть смертну начат сокрушати

Рек бо: "Лазаре, гряди! Вон изъиди з гроба!"

Бездиханний, егоже держала утроба

Чрез четири дне. Смертная, инних же застали

Еще в узах бяху бо от Лазаря далей

За шесть дней ходу, то зря, Смерть себе гадает:

Кто тако силней мене, моих отнимает

Узников от тех времен, доумляться стала.

Мусит: чтось бисть, но крайне в том не домишляла,

И день от дне начала внутрь себе нудити

И во крепости своей до конца слабети.

Еще и аду дает в том персторогу,

Что стражею укрепит ко себе дорогу.

Той абие поставил всюди караули,

Однак, когда к ним беда пришла, не почули.

Слово бо Божие сквозь, далей прохождаше

К пленним и уже за шесть дний от турми бяше,

Где били заключенни. Когда ж ощутили

Добродетели приход, Его честно стрели,

С вайами от финик, путь постилаху

Ризами и велиим гласом припеваху:

"Осанна, благословен грядий во имя Боже!"

З граждан же тех о сем негодовав никтоже. 

И когда чины сошлись, чтоб возглавить битву,

Набожность с певцами ввысь вознесла молитву:


"Владыко Господи, Царь богов,

не погубляй народа Твоего и удела Твоего,

который Ты избавил величием крепости Твоей,

который вывел Ты из Египта рукою сильною

и мышцею Твоею высокою".

Ибо кто есть Бог на небе или на земле,

или кто сотворит то,

что сотворил Ты и крепость Твоя?!"


Слыша это, стан Добра воодушевился,

С двух сторон - пальба! Но страх в злых войсках явился -

Крест преградою стоял, и, свирепый в брани,

Враг, как сильно ни стрелял, никого не ранил.

Чем сильней гордились те и всех укоряли,

В кротости и нищете эти их смиряли.


И чем больше гордецы голос возвышали,

Тем обильней простецы землю орошали

Струями смиренных слез. Как бы враг ни дрался,

Натиска не перенес и бежать собрался.

Многие же в стане том больше не "пылали",

И смиренным в плен потом сдаться пожелали.

Вот - "Полки Любви! Огня дайте!" - по команде

Стратилат, сев на коня, дал здесь жару банде!

Враг же вмиг хитрее стал: слабым притворился,

Лишь Добра отряд устал, - на него взъярился

И хулой нещадно бил, только опаленным

Вскоре прочь отброшен был первым батальоном.

Чем сильней хула в крови яростью давилась,

Тем молитва войск Любви жарче становилась.

Вот и здесь враг побежден. Но, едва оправясь,

На второй он батальон бросил в битву Зависть.

Та тотчас явила нрав: на Любовь напала,

Что увидит, разодрав, быстро пожирала.

Добрые же, Слову вняв, мудро побеждали:

И, хитон последний сняв, ловко в пасть ей дали.

От Любви - врагов толпа ринулась к Молитве,

Стала справа наступать, и в жестокой битве

Взяв монеты, по глазам их кидать старалась.

Но, отброшена назад, в землю попиралась,






Будто мерзкий червь в грязи. Пала вражья сила.

Добродетель же разить прекратить решила,

Только Павлова труба грозно прогремела:

"Не окончена борьба. Бейтесь так же смело!

Стойте, весь отбросив страх, крови не щадите,

До тех пор, пока во прах злых ни обратите".

Добрых воинство в тот час вновь ряды сплотило

И, на нечисть ополчась, славно победило.

Девственный и постный люд, столпники, взяв башни -

На Обжорство, Гнев и Блуд вышли к битве страшной.

Чтобы девственных прельстить и сломить в сражении,

Блуд стал помыслы мутить, дав изображенья

Жен порочных и парней, чтоб на грех склонили.

Чистые же все прочней мысль и взор хранили.

И, взывая от сердец: "Господи, помилуй,"

Одолели, наконец, блудную ту силу.

Снова поразить готов светлые отряды,

Мерзкий Блуд призвал скотов: в битву вышли гады.

Но как только твари те к лилиям метнулись, -

В святости и красоте мигом задохнулись.

В тот же час обжор толпа постников разила.

Сухарем сражен, упал брюхачей верзила,









Тут же лопнул он и сдох, смерти той достоин.

Метко так стрелять лишь мог постник - легкий воин.

Наконец же ярый Гнев на отряд наш кроткий

Напирать стал, ошалев. Бой же был короткий:

Злые все в рядах своих бешено рычали,

Но внимания на них здесь не обращали.

Гневные - Добра войскам гибель возвещали,

Но в ответ - в своих полках кроткие молчали.

Если гневная рука кротких била снова

В щеку правую - щека левая готова.

Кротким в ратной той страде все невзгоды - мимо!

Как столпы, стоят в беде непоколебимо.

Что же Гнева полк теперь?! -Вздумали мгновенно,

Много понеся потерь, взять огонь геенны

И всех добрых попалить, да не получилось.

Иоанну насолить сила зла решилась.

Милостивый, кротких вождь, сам в земле по пояс,

Отразил весь адский дождь. Наши, беспокоясь,

Где их человек в плену? - В край пустынь послали

Полк разведки. Там одну по следам узнали

Женщину. Марией звать. Это имя чтится.


Те - за ней, она ж - бежать, да быстрей, чем птица.

И догнать ее смогли в этом бездорожье,









Лишь когда произнесли громко имя Божье.

С этим именем она пред послами стала,

Где есть грешных мук страна, толком рассказала:

"Там я и сама была, страшно вспомнить ныне...

Сила Божия спасла душу. И в пустыне

Жизнь теперь я провожу строго, безвозвратно.

Как бы, вся еще дрожу, не попасть обратно...

Край ужасный далеко, вы уж мне поверьте,

И добраться нелегко. По дороге смерти,

Говорю я вам, как есть, многие спешили,

Только где они - Бог весть, головы сложили..."

Все узнав, послы тогда в стан Добра вернулись,

Доложили о трудах, там - все ужаснулись,

Но послали одного, только зря труждались:

И ни вести, ни его так и не дождались.

Видно, пал. За ним потом посылали многих,

Не вернулся к ним никто: пали все в дороге.

Напоследок же тогда Лазаря послали,















Но опять стряслась беда: дня четыре ждали,

Вновь - ни вести, ни его... Значит, умер тоже...


Но над смертью - торжество! Свыше - Слово Божье

Громом: "Лазарь! Выходи!" И тогда, уж верьте, -

Возвратился он с пути, сняв покровы смерти.

К пленникам другим - дней шесть надо добираться...

Смерть сама в сомненьях здесь: кто сумел пробраться?

Кто, исполнен сил таких, храбро побеждает?

Кто же узников моих так освобождает?

И хоть слабости волна на нее напала,

Всех предупредить она в ад гонцов послала:

"Чтоб никто теперь не спал. Входы караулить!"

Вскоре караул тот пал: видно, все ж заснули...

Слово Божье все сильней силу вражью било

Но до пленников шесть дней мчаться надо было.

А когда Оно в полках Добрых зазвучало,

То с ветвями пальм в руках воинство встречало.


Слову - Богу по пути ризы постилали,

Клич: "Благословен! Гряди! Осанна!" - взывали.

Этот клич звучал окрест славно, как в столице.

И все жители тех мест стали веселиться...




Второзаконие,
глава 9,
стих 26




























































































Неделя
5-я Св. поста,
в которую
почитается
память
прп. Марии
Египетской














































Суббота
Лазарева 

















Неделя
Ваий 






<<< Назад | Содержание | Вперёд >>>

 

Николо-Иоасафовский собор
Николо-Иоасафовский собор
308000 г. Белгород
ул. Попова 56

тел.: +7(4722)26-19-70

Ваш отзыв о книге протоиерея Леонида Константинова: "Неугасимая свеча"
 

Рассказать о нас

Самое популярное


Warning: Creating default object from empty value in /home/nikoloi9/public_html/modules/mod_mostread/helper.php on line 79

Warning: Creating default object from empty value in /home/nikoloi9/public_html/modules/mod_mostread/helper.php on line 79

Warning: Creating default object from empty value in /home/nikoloi9/public_html/modules/mod_mostread/helper.php on line 79

Warning: Creating default object from empty value in /home/nikoloi9/public_html/modules/mod_mostread/helper.php on line 79

Warning: Creating default object from empty value in /home/nikoloi9/public_html/modules/mod_mostread/helper.php on line 79

Реклама